Как только прочла поздравление, адресованное супругам Рябцевым из Хотимска с 55-летием совместной жизни, семья сразу же оказалась у меня «на карандаше». И вот познакомиться с парой, имеющей за плечами такой внушительный стаж совместной жизни, мне наконец-то довелось…

Мария Тарасовна в тот день хлопотала по дому, а супруг Василий Алексеевич отправился на озеро порыбачить. А я ведь планировала побеседовать с обоими…

— Да вы не волнуйтесь, — заметив моё разочарование, говорит Мария Тарасовна. — Мы сейчас позвоним ему на мобильный телефон, и он через 10 минут будет дома. А вы пока располагайтесь, да отведайте берёзового кваса, настоянного на изюме.

Пока ожидали хозяина, разговорились.

— Началась активная пора посевных работ, мы, слава Богу, свой участок уже засеяли, осталось капустку, помидорки рассадить. Вчера были на своей малой родине, ездили убирать могилки перед Радуницей, — рассказывает моя собеседница.

— А откуда вы родом? — интересуюсь в свою очередь.

— Оба мы из Канавы. Знали друг друга с детства, но особо как-то не дружили. Гуляли однажды у знакомых на свадьбе, ко мне подошла мама Василия и говорит: «Машечка, какая же ты хорошая девушка, так мне всегда нравилась. Вот бы Ваське моему такую жену. А может, присмотрелись бы друг к другу?».

А спустя два месяца после этого свадебного торжества в деревне Канава состоялась ещё одна свадьба — у Василия с Марией. Молодожёны прожили около 10 месяцев и расстались. Маша осталась жить в доме со свекровью, а Василий уехал на далёкий Байконур. На самом деле парня призвали в ряды Советской Армии. Так вот 3 года муж с женой общались лишь по переписке. За это время невестка со свекровью строительством дома занимались, которое как раз к приезду Василия и закончили.

— Скучать особо было некогда, плуг, коса, топор — и пошла работать за себя и за хозяина. Бывало, выйдем со свекровью в поле, как две вдовушки, я за плуг становлюсь, она сеет. Устанем неимоверно, свекровь обнимет меня за плечи, да как разрыдается, — вспоминает Мария Тарасовна. — Жалела меня. Иногда скажет, Машенька, ну выйди ты в праздник, с молодёжью хоть пообщайся. А я даже и в мыслях себе такого позволить не могла, это же позорным тогда считалось, чтобы замужняя, да на танцы одна ходила.

По возвращению из армии Василий Алексеевич устроился сварщиком на кирпичный завод, позже, когда от завода открыли филиал, был переведён водителем на грузовой автомобиль. Мария Тарасовна около 12 лет трудилась дояркой на молочно-товарной ферме. В семье стали появляться детки. Но таких декретных отпусков, как в наше время, тогда не было, и ясельных групп тоже не было, поэтому молодым родителям ничего не оставалось делать, как брать своё потомство с собой на работу.

— На рабочем месте едва не родила нашего младшего сына, — откровенничает Мария Тарасовна. — Начались схватки, а в скорую позвонить не откуда было, да и дороги тогда находились в ужасном состоянии, вряд ли машина успешно бы добралась в нашу деревню. Дело было зимой, усадили меня на гусеничный трактор с санями, укутали потеплее, и повезли в Хотимск. Вот как жили. Нынешние детки в памперсах растут, а у нас ни ползунов, ни пелёнок не было, дети  бегали в вязаных длинных носках. Помню, шили в колхозе косынки на дружину, так удалось выкроить небольшой отрез материи, из которого получилась пелёнка для крещения. Тяжелое было время. Теперь для новорожденных всякой всячины: стульчики для кормления, манежики, ходунки, музыкальные шкатулки. Как мы обходились без всего этого?..

По мере того, как трое детей в семье Рябцевых подрастали, родители начали задумываться о перспективах на будущее. На семейном совете решено было переехать в райцентр. Получили земельный участок, затеяли строительство, в 1975 справили новоселье. Дом получился на славу: просторный, красивый. Поначалу Мария Тарасовна устроилась техработником на автостанцию, а затем перешла в районную больницу, где уже до самого выхода на заслуженный отдых трудилась санитаркой, сестрой–хозяйкой в хирургическом отделении.

Василий работал в автопарке водителем автобуса. Зарекомендовал себя добросовестным и исполнительным специалистом, руководство оказало ему доверие перевозить пассажиров в дальние рейсы. Его фото красовалось на районной Доске Почёта. У обоих супругов Рябцевых за время трудовой деятельности накопилось немало грамот, благодарностей и даже медали есть за доблестный труд. Так что родные могут только гордиться ими.

— А каких принципов придерживались в воспитании детей, в строгости держали? — интересуюсь у супругов.

— Да, нет, мы их и не наказывали. Дети росли послушными. У нас на каждого члена семьи всегда были распределены обязанности по дому, к примеру: за Колей закреплено было котёл растапливать, за Игорем – поход в молочный магазин, за Валей – уборка по дому. В огород всегда выходили полным составом, — говорят Рябцевы. — Да уж, что-что, а на работу мы жадные. И сейчас не хочется сидеть без дела. И болезням всяким в плен сдаваться не собираемся…

И впрямь не сдаются. Когда у Василия Алексеевича начались проблемы со здоровьем, вынужден был лишиться ступни, но всем невзгодам он противостоит, приспособился к искусственной конечности и даже сел за баранку своего личного автомобиля. Опытного водителя «такие реформы» не пугают. Как главный герой произведения Василий Тёркин  — умеет найти выход из любой ситуации, в воде не тонет и в огне не горит, и никогда не унывает. Василий Алексеевич на прозвище «Тёркин» не обижается, оно пристало к нему ещё с молодости. В кругу друзей он был душой компании, его приглашали на вечеринки и торжества в качестве тамады. За свою жизнь провёл с полсотни свадеб, всегда со своим неизменным атрибутом – гармошкой.

— У меня было 5 гармошек, вот эта самая дорогая, обошлась мне в 350 рублей, — говорит Василий Рябцев, бережно доставая из полки музыкальный инструмент. — Эх, бывало и пел, и играл, и плясал…

— Как же вы так спокойно отпускали мужа на свадьбы, неужели чувства ревности не возникало? — допытываюсь у Марии Тарасовны.

— Да, он меня с собой брал, — отвечает она. — Ну, а когда не брал, так я ему доверяла. Нам, женщинам, мудрее надо быть, где-то смириться, где-то промолчать. Разбежаться дело не хитрое, но детям-то лучше жить в полной семье. Мы вот с Василием оба хорошо прочувствовали, что значит расти без отца — наши папы погибли на войне…

Буквально недавно дети Рябцевых при помощи интернета отыскали места захоронения погибших. Как оказалось, отец Василия Алексеевича покоится в далёкой Костроме, а отец Марии Тарасовны — в Славгороде. В прошлом году она побывала на месте, где установлен обелиск погибшим воинам в годы ВОВ.

— Вот так мы и жили, — подытоживают свой рассказ супруги Рябцевы. — Сейчас у нас семеро внуков и 4 правнука. Приятно смотреть, когда семья собирается всем составом за праздничным столом. Не так давно в полном сборе отметили нашу изумрудную свадьбу. Старались жить правильно и по совести, нигде никогда не опозорились. Любим людей и они отвечают нам взаимностью.

Ещё долго мы не могли распрощаться с радушными хозяевами. Полюбопытствовали как дружно зеленеет лук на грядках, и как цветет домашний абрикос. Едва успела глазом моргнуть, а Мария Тарасовна уже накрыла на стол и готова была потчевать гостей. Эта опытная хозяйка всегда во всеоружии, всегда впрок держит в погребе разносолы и домашние заготовки. В семье Рябцевых издавна заведено: «Гость на порог, ставь самовар и пирог!». Есть чему поучиться у этих мудрых людей, есть что почерпнуть и что взять на заметку молодёжи. Одним словом приятно, что мне посчастливилось познакомиться с такими людьми, как Василий и Мария Рябцевы!

Елена БОРОВИКОВА.

НЕТ КОММЕНТАРИЕВ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ