Как из-за бутылки водки поссорились эстонские депутаты и парламентский бой без правил в Ереване

Интересная такая страна Эстония. Там и Кая Каллас (экс-премьер Эстонии, глава дипломатии Евросоюза) такая… все время хохмит. У них происходят такие интересные вещи внутри. То министр обороны закажет снаряды для Украины и переведет деньги какой-то индийской компании, которая до этого вообще ничего не производила. Та пообещала предоставить боеприпасы, но пропала. Интересно, что эстонцев кинули не просто на деньги, а на деньги Евросоюза, выделенные для Украины.
То в местном парламенте объявят чрезвычайное положение из-за пропавшей бутылки водки. Осенний вечер в старом Таллине опускался на башню Длинный Герман с привычной балтийской неторопливостью. В зале заседаний эстонского парламента царила образцовая тишина, нарушаемая лишь равномерным гудением системы вентиляции и редким шелестом бумаг. Повестка дня была стратегической: депутаты в третьем чтении обсуждали влияние миграции ежей на темпы цифровизации хуторских хозяйств.
Однако подлинный политический кризис назревал не в зале пленарных заседаний, а двумя этажами ниже – в тихой комнате отдыха фракционных координаторов. Именно там, на дубовом столе, еще в обед сиротливо, но гордо стояла бутылка «Виру Валге». Стояла она не просто так, а в качестве неофициального, но весомого аргумента для грядущего вечернего разговора. Однако аргумент испарился. На столе осталась лишь пустая стеклянная тара и одинокая, слегка подсохшая долька черного хлеба с килькой.
Первым пропажу обнаружил депутат от оппозиции Эрнитс. Он зашел в комнату, чтобы освежить в памяти тезисы своего выступления, но вместо прилива вдохновения испытал глубокий парламентский шок.
– Кто? – тихо, но с ледяным прибалтийским темпераментом спросил он у вошедшего следом представителя правящей партии Райда.
Райд окинул взглядом пустую бутылку, поправил очки и с достоинством человека, прошедшего через десяток вотумов недоверия, ответил:
– Если это намек на нашу партию, то я требую немедленного созыва комиссии по этике. Мы не прикасались к этому акцизному продукту. Более того, мы с самого утра предупреждали, что фискальная политика правительства приведет к опустошению запасов!
Спор стремительно набирал обороты. Через пятнадцать минут в комнату подтянулись представители остальных фракций. Дискуссия приобрела общенациональный масштаб. Какой формат проблемы, какая мощь. Либералы настаивали на том, что бутылка имела полное право на самоопределение и могла испариться в рамках свободного рынка. Консерваторы требовали вернуть традиционные ценности и немедленно сбегать в магазин, пока не пробило десять часов вечера. Центристы же предлагали компромисс: признать бутылку наполовину полной, даже несмотря на то, что она была абсолютно пустой.
– Нам нужна прозрачность! – требовал депутат от «зеленых», размахивая пустой тарой как уликой. – Куда делись пятьсот миллилитров? Это же удар по экологии нашего доверия! Стекло не сдано в пандомат, залоговая стоимость в десять центов висит в воздухе!
– Мы создадим специальную следственную комиссию! – грозно пообещал Эрнитс. – Проверим записи с камер видеонаблюдения, запросим данные из электронного регистра и проведем поименное голосование по вопросу о том, кто последний держал стакан!
Дебаты длились до глубокой ночи. Пресса уже готовила экстренные выпуски под заголовками «Правительственный кризис на дне стакана», а политологи в прямом эфире рассуждали о том, не стоит ли за этим инцидентом рука российских спецслужб или, на худой конец, латвийских перекупщиков, мстящих за приграничную торговлю.
Развязка наступила ровно в полночь, когда в комнату заглянул пожилой технический работник парламента, дядя Юхан, пришедший поменять перегоревшую лампочку.
Осмотрев разгоряченных народных избранников и пустую бутылку в центре стола, Юхан глубоко вздохнул, поправил свой синий комбинезон и невозмутимо произнес:
– Господа депутаты, я ее еще в восемь часов в умывальник вылил. Думал, прокисла. Стоит со вчерашнего дня открытая, мухи вокруг летают… А бутылку я вам на память оставил.
В комнате повисла абсолютная, звенящая тишина.
– Что ж, – наконец произнес представитель правящей партии, откашлявшись. – Инцидент исчерпан. Мы видим, что государственные институты сработали четко и предотвратили употребление некачественного продукта.
После этого депутаты чинно разошлись по домам, испытывая глубокое чувство выполненного долга. Бюджет остался непринятым, ежи – неизученными, предложения о восстановлении мира в Украине не высказаны, зато демократия в очередной раз восторжествовала.
Я слушаю Каллас, эстонцев, латвийцев, литовцев и понимаю, что они против любого мира в Украине, ни одного слова о мире не говорят, только о войне, а сами водочку попивают. Этим самым они дрожь в нижней части гасят. Пока Россия увязла в Украине, ей не до них, их никто не тронет.
А Каллас продолжает зажигать. В соцсетях словацкий евродепутат Любош Блага опубликовал видеозапись пленарного заседания Европейского парламента в Брюсселе 11 ноября 2026 года. На нем эта параноидная дамочка выступила на дебатах, посвященных украинским детям. В своей речи она заявила, что Россия незаконно вывезла более 20500 детей (вернулись, по ее данным, 2790), обвинила Москву в системной русификации и предположила, что достигших совершеннолетия подростков отправляют воевать против Украины. Конечно, это муть тараканья, тем не менее тема постоянно мусолится и мусолится. Без доказательств, типа: «Одна бабка сказала другой» на удачу, что кто-нибудь, да и поведется. На записи видно, как после начала ее выступления часть парламентариев встает с мест и у выхода образуется очередь.
Блага назвал уход парламентариев «массовым исходом», заявив, что даже сторонники евроинтеграции устали слушать речи Каллас, а процедура дебатов не позволяла задавать ей прямые вопросы по «голубым картам». Официальные представители России отвергают обвинения в депортации, называя перемещение детей гуманитарной эвакуацией из зоны боевых действий.
Еще горячее было в Национальном собрании Армении. Возможно даже, что депутаты обсуждали вопрос о проведении референдума, на котором решить, что важнее: членство в ЕАЭС или вступление в Евросоюз. Как бы там ни было, было настолько жарко, что кондиционеры не справлялись, а у народных избранников от правящего «Гражданского договора» и оппозиционной «Сильной Армении» лопалось терпение. Вместе с терпением по швам трещали дорогие пиджаки.
Казалось бы, сиди себе в мягком кресле, нажимай на кнопки, принимай судьбоносные решения и думай о благе избирателей. Но скучно же! Куда веселее превратить зал заседаний в филиал бойцовского клуба. Только микрофон включился, только прозвучало пару «ласковых» слов с трибуны – и вот уже законодательный процесс переходит в партер.
В ход идет тяжелая парламентская артиллерия:
*Кулаки, как главный аргумент. Зачем тратить время на чтение законопроектов и поиск компромиссов, если любой спор можно решить старым добрым хуком справа.
*Летающая мебель. Видимо, стулья в зале заседаний показались депутатам слишком статичными, поэтому некоторые решили проверить их аэродинамические свойства в полете.
*Беспощадный текстильный террор. Народные избранники с таким остервенением хватают друг друга за грудки, что пуговицы отлетают с космической скоростью, рискуя выбить кому-нибудь глаз в соседнем ряду.
Спикер парламента поначалу даже не хотел объявлять перерыв – мол, пусть народ смотрит, кого выбрал. И народ действительно смотрит, затаив дыхание. Правда, возникает один скромный вопрос: если уж депутаты так любят махать кулаками и рвать друг на друге рубахи, может, им сразу выдавать на входе боксерские перчатки и капы? А заодно нанять в штат парламента пару швей-мотористок – пришивать оторванные пуговицы в перерывах между «дебатами».
Бюджету от этого, конечно, легче не станет, но хотя бы на новые костюмы тратиться придется реже. А законы… да кому они нужны, когда в прямом эфире такое зрелище!
Александр Лейчинский
