Продолжение. Начало читайте здесь https://www.hotimsk.by/2023/11/11/%d0%b4%d0%b5%d0%bb%d0%be-%d0%bf%d1%80%d0%be%d1%84%d0%b5%d1%81%d1%81%d0%be%d1%80%d0%b0-%d0%b3%d0%be%d1%80%d0%bb%d0%be%d0%b2%d1%81%d0%ba%d0%be%d0%b3%d0%be-%d1%83%d1%80%d0%be%d0%b6%d0%b5%d0%bd%d1%86/

В этот период жизни между двумя городами Самуил сближается с марксистскими кружками, а затем и вовсе переходит на сторону революционеров. Воспитанный в строгих традициях иудаизма, он вступает в Социалистическую еврейскую рабочую партию (СЕРП) и в анкете безоговорочно утверждает: «Неверующий с 15 лет, убежденный атеист». Февральская Революция 1917 года вносит свои коррективы и в жизнь Горловского. Во-первых, его отчисляют из Московского университета, во-вторых, он порывает с «серповцами» и вступает в РСДРП(б), в-третьих, происходит некая личная драма, возможно разрыв с невестой. Все это приводит к тому, что, окончивший в мае 1917 года педагогические курсы, Самуил возвращается в Хотимск. В родном местечке Горловский начинает преподавать в школе, и как большевик ведет большую агитационную и пропагандистскую работу среди местного населения. Учительствовал в Хотимске Самуил Саулович недолго. Уже осенью 1918 года он переведён в Мстиславль в качестве члена коллегии уездного отдела народного образования. Следующий этап его карьерного роста связан со Смоленском, куда он переехал в мае 1919 года будучи назначенным заведующим подотделом единой трудовой школы губернского отдела народного образования.
Тут я предлагаю сделать паузу в описании дальнейших жизненных перипетий Самуила Горловского и рассказать о судьбе его родителей и родственников. Дед-раввин к моменту возвращения внука-изгнанника уже перебрался в Могилев. Он еще сыграет в судьбе Самуила определенную роль, но об этом позже. О судьбе сестер ничего не известно. Отец Саул Горловский принял блудного сына радушно, но будучи глубоко религиозным, не принял его атеистических и социалистических убеждений. А вот братьев-подростков Наума и Моисея Самуилу удалось перетянуть на свою сторону, они стали активными участниками еврейской коммунистической артели. Горловский не часто, но приезжал погостить у родителей. Вот как об этом вспоминает Любовь Александровская:

Память очень избирательно оставила мне какие-то эпизоды, связанные с папой. Один из них, думаю, относится к моему трёхлетнему возрасту: вместе с папой я еду в гости к его родителям. Помню телегу, на которой мы вброд переезжаем реку, улыбающиеся лица бабушки и дедушки, моих тётей… И ещё: деревянный дом с подпольем, маленький огород с пряным запахом укропа, круглое сито, в котором копошатся слепые котята, и парное молоко, которое бабушка доит мне прямо в кружку…

Даже по этому отрывку можно сделать вывод, что семья не бедствовала. Известно, что на момент начала оккупации Хотимщины фашистскими захватчиками все Горловские, уже со своими семьями проживали в Хотимском районе. Это последние данные о них. После войны они нигде не упоминаются. Возможно – выжили, а возможно нашли последний приют в противотанковом рву на окраине Хотимска 4 сентября 1942 года. Не знаю.
Но вернемся к жизнеописанию Самуила Сауловича Горловского. В сентябре 1919 года в Смоленске он вступает в ряды Рабоче-Крестьянкой Красной Армии. В документы новоиспеченного комиссара Политуправления Западного Фронта случайно (или осознанно?) закралась ошибка. Датой рождения указывалось – 27 мая 1896 года. Так, или иначе, но во всех последующих анкетах, автобиографиях и прочих канцелярских нарративах Горловский указывает только эту дату. Определенно, были на это свои причины, нам неизвестные.
В начале 1920 года комиссар Горловский командирован в Могилев. Здесь он после долгого перерыва встречается с дедом. Раввин встречает внука прохладно, но, однако, устраивает его на квартиру к своему другу, председателю еврейской общины города Пейсаху Сендерихину. «Там и встретились они с мамой, младшей из трёх дочерей хозяина дома, менее красивой, но самой огневой, остроумной и волевой девушкой. – пишет в своих мемуарах Любовь Александровская – Любовь вопреки многим препонам победила, и вскоре они поженились. Мама вспоминала, как с замиранием сердца стояла она за дверьми дедушкиной комнаты, куда пошел просить её руки папа. Ожидали громких голосов, скандала, но… прошли первые минуты, полчаса, час. Мама заглянула в дверь: и увидела их мирно и оживлённо о чем-то беседующих… Впоследствии она узнала, что молодой комиссар покорил её отца прекрасным знанием Талмуда и еврейской истории…».

С молодой супругой Зильдой Пейсаховной (Евгенией Павловной) Самуил Горловский в 1921 году переезжает в Москву с повышением в должности. Селятся Горловские в общежитии Политического Управления Реввоенсовета на Малой Лубянке. Соседом по общежитию является Владимир Маяковский, с легкой руки поэта к Самуилу до конца жизни приклеилось прозвище Генерал. Горловский умел держать себя и производить впечатление. Вновь приведу короткую цитату из записей дочери: «Внешне он был очень красив. Всегда аристократичный, подтянутый, стройный, аккуратный (папа никогда не выходил без галстука к столу). За внешней немногословностью, сдержанностью крылась нежная душа, он был верным любящим человеком».

В Москве Горловскому впервые пришлось столкнуться с неприятностями по партийной линии – в ходе партийной чистки он совершенно для себя неожиданно был исключен из РКП(б) с формулировкой «за отсутствие бдительности». Припомнили ему и деда-раввина, и тестя, бывшего купца первой гильдии, не скрывающего антисоветских убеждений. Но он сумел на партийной комиссии обжаловать такое решение и убедить старших товарищей в своей правоте. Решение было частично отменено, Самуила Сауловича перевели в кандидаты в члены партии сроком на 6 месяцев с возможностью восстановления. Также его лишили права занимать командные должности, но формально оставили в РККА. До 1923 года Горловский работает в школе политграмотности при заводе «Богатырь». В это же время он заканчивает заочно институт Красной профессуры, получив наконец-то высшее образование, у него в 1922 году рождается дочь Любовь. В 1924 году Самуил Саулович переезжает в Петроград получает должность преподавателя всеобщей истории в Военно-технической академии им. Дзержинского. С этого момента начинается короткий, но плодотворный период, связанный с научной и преподавательской деятельностью. В 1926 году Горловского демобилизуют из армии и назначают доцентом Педагогического института им. Герцена, с 1929 года он – профессор и заведующий кафедрой всеобщей истории, одновременно Самуил Саулович назначается заместителем директора библиотеки Академии Наук СССР. Он пишет ряд научных работ по истории Германии, ставших со временем хрестоматийными. Именно на этом этапе в версиях биографии Самуила Горловского Брачева и Александровской начинаются противоречия. Скажу лишь, что он занимал еще ряд должностей в различных высших учебных учреждениях Ленинграда, снискал известность в научных кругах, стал одним из самых авторитетных специалистов по истории Германии эпохи Бисмарка и становления Германской Империи. И вместе с этим юношеское свободомыслие Горловского никуда не делось. Он позволял себе критические высказывания, идущие вразрез с линией партии, открыто симпатизировал идеям Троцкого, считал Зиновьева равным по значимости Ленину в деле революции. Эти идеологические перегибы профессора Горловского терпели. И копили в отдельной папочке многочисленные доносы от коллег и сослуживцев. 1 июня 1932 года Самуил Саулович Горловский назначен директором, впоследствии ректором Ленинградского государственного историко-лингвистического института, после реорганизации 1934 года Ленинградского института философии и лингвистики. Заведующий кафедрой иностранных языков профессор С. Л. Могилевский пишет: «С приходом Самуила Сауловича к руководству институтом произошли существенные преобразования в учебном процессе и научно-исследовательской деятельности этого учреждения. Кроме того, было проведено доукомплектование профессорско-преподавательского состава преимущественно по профессиональным, а не политическим признакам».
И вне всяких сомнений, герой этого очерка стал бы выдающимся ученым, сделал бы блестящую карьеру, написал огромное количество научных трудов, если бы не убийство Кирова 1 декабря 1934 года.

Александр Александрин.

Продолжение будет…